Неточные совпадения
«Видно, не дано этого блага во всей его полноте, — думал он, — или те сердца, которые озарены светом такой любви, застенчивы: они робеют и прячутся, не стараясь оспаривать умников; может быть, жалеют их, прощают им во имя своего счастья, что те топчут в грязь цветок, за неимением почвы, где бы он мог глубоко пустить корни и
вырасти в такое
дерево, которое бы осенило всю жизнь».
Чувства наши, как гибкое и молодое
дерево, можно
вырастить прямо и криво, по произволению.
— Отжившее-то отжившее, а всё бы с ним надо обращаться поуважительнее. Хоть бы Снетков… Хороши мы, нет ли, мы тысячу лет
росли. Знаете, придется если вам пред домом разводить садик, планировать, и
растет у вас на этом месте столетнее
дерево… Оно, хотя и корявое и старое, а всё вы для клумбочек цветочных не срубите старика, а так клумбочки распланируете, чтобы воспользоваться
деревом. Его в год не
вырастишь, — сказал он осторожно и тотчас же переменил разговор. — Ну, а ваше хозяйство как?
И идут они, люди сказывают, до самых теплых морей, где живет птица Гамаюн сладкогласная, и с
дерев лист ни зимой не сыплется, ни осенью, и яблоки
растут золотые на серебряных ветках, и живет всяк человек в довольстве и справедливости…
Но вот наступает вечер. Заря запылала пожаром и обхватила полнеба. Солнце садится. Воздух вблизи как-то особенно прозрачен, словно стеклянный; вдали ложится мягкий пар, теплый на вид; вместе с
росой падает алый блеск на поляны, еще недавно облитые потоками жидкого золота; от
деревьев, от кустов, от высоких стогов сена побежали длинные тени… Солнце село; звезда зажглась и дрожит в огнистом море заката…
Заменить их трудно: производительная сила земли видимо скудеет, на «заказанных» (с образами обойденных) пустырях, вместо прежних благородных
деревьев, сами собою
вырастают березы да осины, а иначе разводить рощи у нас не умеют.
— Он нам замечательно рассказывал, прямо — лекции читал о том, сколько сорных трав зря сосет землю, сколько дешевого
дерева, ольхи, ветлы, осины,
растет бесполезно для нас. Это, говорит, все паразиты, и надобно их истребить с корнем. Дескать, там, где
растет репей, конский щавель, крапива, там подсолнухи и всякая овощь может
расти, а на месте
дерева, которое даже для топлива — плохо, надо сажать поделочное, ценное — дуб, липу, клен. Произрастание, говорит, паразитов неразумно допускать, неэкономично.
Березки, которые при нем только что были посажены около забора,
выросли и стали теперь высокими ветвистыми
деревьями.
Солнышко ее греет, дождичком ее мочит… весной на ней травка
вырастет, мягкая такая… птицы прилетят на
дерево, будут петь, детей выведут, цветочки расцветут: желтенькие, красненькие, голубенькие… всякие (задумывается), всякие…
Кроме сосны около деревень
росли разные
деревья, которых я до сих пор нигде еще не видал.
На межах
растут большие
деревья.
На берегу речки
росло роскошнейшее из тропических
деревьев — баниан.
Здесь все
деревья мешают друг другу
расти, и ни одно не выигрывает на счет другого.
Тут стена бамбуков; я нигде не видал таких больших и стройных
деревьев: они
растут исполинскими кустами или букетами, устремляясь, как пучки стрел, вверх, и там разбегаются ветвями в разные стороны.
Мы продолжали идти в столицу по деревне, между
деревьями, которые у нас
растут за стеклом в кадках.
На дворе
росло огромное
дерево, к которому на длинной веревке привязана была большая обезьяна, павиан.
Около монумента, на сквере, только что посажены, не сегодня, так вчера, кустики с голыми прутьями — будущие
деревья; они смотрели так жалко и сухо, как будто отчаивались
вырасти под этим солнцем.
В деревне забор был сплошной: на стене, за стеной
росли деревья; из-за них выглядывали цветы.
Посредине главной аллеи
растут, образуя круг, точно дубы, огромные грушевые
деревья с большими, почти с голову величиною, грушами, но жесткими, годными только для компота.
У самых источников
росли прекрасные
деревья: тополи, дубы, ели, айва, кусты папоротника, шиповника и густая сочная трава.
Не раз содрогнешься, глядя на дикие громады гор без растительности, с ледяными вершинами, с лежащим во все лето снегом во впадинах, или на эти леса, которые
растут тесно, как тростник,
деревья жмутся друг к другу, высасывают из земли скудные соки и падают сами от избытка сил и недостатка почвы.
На дворе
росло огромное кедровое
дерево; главный флигель строился, а гостиница помещалась в другом, маленьком.
У одного зелень была не зеленая, а пепельного цвета, у другого слишком зеленая, как у молодого лимонного
дерева, потом были какие-то совсем голые
деревья с иссохшим серым стволом, с иссохшими сучьями, как у проклятой смоковницы, но на этом сером стволе и сучьях
росли другие, посторонние кусты самой свежей весенней зелени.
Он советовал нам ехать по другой дороге, где в одном месте
растет несколько камфарных
деревьев, довольно редких здесь.
Как ни старались люди, собравшись в одно небольшое место несколько сот тысяч, изуродовать ту землю, на которой они жались, как ни забивали камнями землю, чтобы ничего не
росло на ней, как ни счищали всякую пробивающуюся травку, как ни дымили каменным углем и нефтью, как ни обрезывали
деревья и ни выгоняли всех животных и птиц, — весна была весною даже и в городе.
Райский постоял над обрывом: было еще рано; солнце не вышло из-за гор, но лучи его уже золотили верхушки
деревьев, вдали сияли поля, облитые
росой, утренний ветерок веял мягкой прохладой. Воздух быстро нагревался и обещал теплый день.
Это был не подвиг, а долг. Без жертв, без усилий и лишений нельзя жить на свете: «Жизнь — не сад, в котором
растут только одни цветы», — поздно думал он и вспомнил картину Рубенса «Сад любви», где под
деревьями попарно сидят изящные господа и прекрасные госпожи, а около них порхают амуры.
Из расщелин стен
выросли деревья, которые были видны с Лубянской, Варварской, Старой и Новой площадей.
Рос дом.
Росли деревья. Открылась банкирская контора, а входа в нее с переулка нет. Хомяков сделал тротуар между домом и своей рощей, отгородив ее от тротуара такой же железной решеткой. Образовался, таким образом, посредине Кузнецкого переулка неправильной формы треугольник, который долго слыл под названием Хомяковской рощи. Как ни уговаривали и власти, и добрые знакомые, Хомяков не сдавался.
Почти во всех
росли большие
деревья, посаженные в давние времена по распоряжению начальства.
Сумрачная ночь близилась к концу. Воздух начал синеть. Уже можно было разглядеть серое небо, туман в горах, сонные
деревья и потемневшую от
росы тропинку. Свет костра потускнел; красные уголья стали блекнуть. В природе чувствовалось какое-то напряжение; туман подымался все выше и выше, и наконец пошел чистый и мелкий дождь.
Долина Улахе является одной из самых плодородных местностей в крае. По ней
растут в одиночку большие старые вязы, липы и дубы. Чтобы они не заслоняли солнца на огородах, с них снимают кору около корней.
Деревья подсыхают и затем идут на топливо.
Рододендроны были теперь в полном цвету, и от этого скалы, на которых они
росли, казались пурпурно-фиолетовыми. Долину Фудзина можно назвать луговой. Старый дуб, ветвистая липа и узловатый осокорь
растут по ней одиночными
деревьями. Невысокие горы по сторонам покрыты смешанным лесом с преобладанием пихты и ели.
Характер растительности был тот же самый, что и около поста Ольги. Дуб, береза, липа, бархат, тополь, ясень и ива
росли то группами, то в одиночку. Различные кустарники, главным образом, леспедеца, калина и таволга, опутанные виноградом и полевым горошком, делали некоторые места положительно непроходимыми, в особенности если к ним еще примешивалось чертово
дерево. Идти по таким кустарникам в жаркий день очень трудно. Единственная отрада — ручьи с холодною водою.
Кое-где группами и в одиночку
росли чахлые березки и другие какие-то
деревья.
На другой день было еще темно, когда я вместе с казаком Белоножкиным вышел с бивака. Скоро начало светать; лунный свет поблек; ночные тени исчезли; появились более мягкие тона. По вершинам
деревьев пробежал утренний ветерок и разбудил пернатых обитателей леса. Солнышко медленно взбиралось по небу все выше и выше, и вдруг живительные лучи его брызнули из-за гор и разом осветили весь лес, кусты и траву, обильно смоченные
росой.
Около реки и вообще по сырым местам, где больше света,
росли: козья ива — полукуст-полудерево; маньчжурская смородина с трехлопастными острозубчатыми листьями; таволожка шелковистая — очень ветвистый кустарник, который легко узнать по узким листьям, любящий каменистую почву; жасмин — теневое растение с красивыми сердцевидными, заостренными листьями и белыми цветами и ползучий лимонник с темной крупной листвой и красными ягодами, цепляющийся по кустам и
деревьям.
Приближалась осень. Листва на
деревьях уже стала опадать на землю. Днем она шуршит под ногами, а вечером от
росы опять становится мягкой. Это позволяет охотнику подойти к зверю очень близко.
В самой долине
растут низкорослый корявый дуб, похожий скорее на куст, чем на
дерево, дуплистая липа, черная береза; около реки — тальник, вяз и ольха, а по солнцепекам — леспедеца, таволга, калина, орешник, полынь, тростник, виноград и полевой горошек.
В этих местах
растет густой смешанный лес с преобладанием кедра. Сильно размытые берега, бурелом, нанесенный водой, рытвины, ямы, поваленные
деревья и клочья сухой травы, застрявшие в кустах, — все это свидетельствовало о недавних больших наводнениях.
Здесь в лесах
растет много тиса. Некоторые
деревья достигают 10 м высоты и метра в обхвате на грудной высоте.
Само название Лисягоу показывает, что здесь много
растет грушевых
деревьев.
Ниже
росли кусты и
деревья, берег становился обрывистым и был завален буреломом. Через 10 минут его лошадь достала до дна ногами. Из воды появились ее плечи, затем спина, круп и ноги. С гривы и хвоста вода текла ручьями. Казак тотчас же влез на коня и верхом выехал на берег.
Леса по реке Кулумбе такие же, как и в верховьях Имана: в горах
растет кедр с большой примесью ели, а по долине — лиственница, белая береза, осина, ива, ольха, клен, пихта, липа, ясень, тополь, ильм и черемуха, встречается и тис, но одиночными
деревьями.
Кроме кедра, тополя, ели, пробкового
дерева, пихты и ореха, тут
росли: китайский ясень — красивое
дерево с серой корой и с овальными остроконечными листьями; дейция мелкоцветная — небольшое деревце с мелкими черными ягодами; корзиночная ива — весьма распространенная по всему Уссурийскому краю и растущая обыкновенно по галечниковым отмелям вблизи рек.
В Уссурийском крае едва ли можно встретить сухие хвойные леса, то есть такие, где под
деревьями земля усеяна осыпавшейся хвоей и не
растет трава. Здесь всюду сыро, всюду мох, папоротники и мелкие осоки.
Следующий день — 7 августа. Как только взошло солнце, туман начал рассеиваться, и через какие-нибудь полчаса на небе не было ни одного облачка.
Роса перед рассветом обильно смочила траву, кусты и
деревья. Дерсу не было на биваке. Он ходил на охоту, но неудачно, и возвратился обратно как раз ко времени выступления. Мы сейчас же тронулись в путь.
Вековые дубы, могучие кедры, черная береза, клен, аралия, ель, тополь, граб, пихта, лиственница и тис
росли здесь в живописном беспорядке. Что-то особенное было в этом лесу. Внизу, под
деревьями, царил полумрак. Дерсу шел медленно и, по обыкновению, внимательно смотрел себе под ноги. Вдруг он остановился и, не спуская глаз с какого-то предмета, стал снимать котомку, положил на землю ружье и сошки, бросил топор, затем лег на землю ничком и начал кого-то о чем-то просить.
— Теперь они покрыты толстым слоем земли, и на них среди садов
растут рощи самых высоких
деревьев: внизу во влажных ложбинах плантации кофейного
дерева; выше финиковые пальмы, смоковницы; виноградники перемешаны с плантациями сахарного тростника; на нивах есть и пшеница, но больше рис».
Сады, лимонные и апельсинные
деревья, персики и абрикосы, — как же они
растут на открытом воздухе?